Многие девушки мечтают выйти замуж за иностранца и уехать из родного дома. В первые постсоветские 10-15 лет эта тенденция прослеживалась особенно явно. У Натальи Полищук такой цели не было никогда. Она изучала английский язык не для переписки и задушевного общения с будущим супругом из-за рубежа, а просто потому, что ей это нравилось. Закончив главный севастопольский вуз – тогда национальный технический университет по специальности «переводчик научно-технической литературы», по совету подруги стала зарабатывать переводами в новомодном тогда международном брачном агентстве. Та же подруга однажды предложила ей оформить анкету, ссылаясь на необходимость пополнения банка данных невест, в совершенстве владеющих английским языком. Это ни к чему не обязывало, и наша героиня решила помочь – согласилась.  

Большинство женихов из-за границы были далеко не молодыми людьми – за 50 лет. При этом в качестве потенциальной избранницы видели русских красавиц чуть старше 20. Так что, получив письмо на свое имя от 23-летнего австралийца по имени Скотт, Наташа немало удивилась. Удивилась… и ответила ему. Молодые люди стали общаться. Через месяц звонков и писем иностранец захотел приехать к ней, в Севастополь. Увидев двухметрового смуглого красавца, наша переводчица потеряла дар речи и влюбилась. Такое случается.А еще через полгода Скотт приехал снова. На этот раз с кольцом и официальным предложением своего горячего австралийского сердца и загорелой руки. Переезжать на родину невесты австралиец не хотел, звал к себе. Наташа согласилась и стала готовиться. Нет, не к свадьбе, а к разлуке с семьей и друзьями. Решение уехать из родного города, да не куда-нибудь, а за рубеж и так далеко, далось непросто. Но соблазн был велик. Австралийский красавец и загадочный «зеленый континент» манили, суля яркую новизну и приключения. Все это она получила сполна.

Ее действительно ждало много чудес и открытий. О некоторых она до сих пор вспоминает с содроганием. И все-таки эта удивительная, как ее называют, "the Land down under" или "земля вверх ногами", где новый год встречают летом, этот самый большой остров и самый маленький континент на планете – Австралия была и останется теперь для нее прекрасной. Мы попросили Наталью рассказать, почему так, а не иначе после всех превратностей и злоключений, и собирается ли она возвращаться.

Я уезжала в середине июля, в Севастополе было около 40 градусов. А прилетела в зиму – в аэропорту Кингсфорд Смит было 6 градусов тепла. 23 килограмма багажа, состоявшего из купальников и легких платьиц, пришлось убрать подальше. Но это маленькое недоразумение быстро забылось, ведь я была в Сиднее!

Пронзительное синее небо и океан произвели на меня впечатление. Но когда я зашла в квартиру, испытала еще один шок: там не было центрального отопления. Сейчас, прожив здесь 10 лет, я, конечно, уже привыкла к местному климату. А тогда, сидя дома в трех штанах, я куталась в одеяла и все равно мерзла.

Мы жили в пригороде Сиднея. Кронулла – белое и чистое местечко, было абсолютно таким, как показывают в фильмах про Австралию. Шикарные пляжи, пальмы, серферы, ловящие волну. 

– Ну, ничего себе! – подумала я, – Австралия такая, какой ее показывают на «Discovery channel»!

В пригороде Сиднея. Корнулла.

  А через несколько дней после прибытия мы поехали в центр Сиднея. Припарковали машину, выходим…  А там одни азиаты. И вонь жуткая.

– Где мы? – я была в изумлении.

– Мы в Чайна-тауне, – спокойно ответил Скотт.

Мы были в «китайском квартале» и, оказалось, что это и есть центр Сиднея. Обычно китайский район в любом городе мира находится на окраине. В Сиднее же он расположен недалеко от знаменитого Театра оперы. Который, кстати, снаружи прекрасен и необычен, а внутри там в общем скромно. Почти как в нашем Доме культуры рыбаков, каким я его помню – ну, совершенно не возникает желания надеть вечернее платье. Правда, теперь в марте здесь стали ставить оперы под открытым небом. Очень необычно и здорово.   

Все здесь с первого дня я сравнивала с родным Севастополем и всегда говорила: «А у нас – лучше!» И за первые полгода, что я прожила там, успела убедить все свое окружение в том, что Севастополь гораздо лучше Сиднея. Когда приехала через год домой, то подумала, что, пожалуй, немножко приврала (смеется). Просто я очень люблю свой город, и все в нем мне кажется лучшим.  

Сидней, конечно, красивый. Непрезентабельные только азиатские кварталы. Там, где заканчивается "Китай-город", начинается деловой центр. С одной стороны от него Гайд-парк, недалеко ботанический сад, где тоже безумно красиво. Вокруг чистенько-беленько. Небоскребы, лужайки, зелень, цветы – пальмы, сосны, франжипани. Одна из визитных карточек Сиднея – мост Харбор-Бридж. Новогодние салюты, которые устраиваются здесь, известны на весь мир. Мне посчастливилось наблюдать их четыре раза, и это было удивительное зрелище: сразу веришь в чудеса и загадываешь желание. Но главный праздник здесь все-таки Рождество, 25 декабря. Как и полагается – это елка, подарки, еда и еще раз еда (смеется). Хотя и его празднуют уже не так пышно, как раньше; в некоторых школах даже совсем не отмечают: христиан не прибывает здесь, белое население заметно сокращается, и это не может не отражаться на традициях. 

Я стала обживаться, привыкать. Задумалась о работе. Муж сказал, что, поскольку я хорошо знаю язык, то смогу устроиться преподавателем русского языка в университет. Я же рассчитывала устроиться в Министерство иностранных дел (смеется). Ну, во всяком случае куда-то посолиднее и поперспективнее. На деле все оказалось еще менее радужным.

После визы невесты я получила визу жены, и она давала мне право устроиться на работу на полную ставку. Фактически же большинство государственных учреждений берут здесь на работу только при наличии гражданства. Чтобы его получить, мне надо было прожить в Австралии 5 лет.

Наверное, самым страшным ударом на тот момент для меня было то, что после золотой медали в школе и красного диплома в университете, после того, как мне говорили, мол, Наташа, ты такая умная и далеко пойдешь, я приехала в Сидней и тут мне везде отказывали. Я рассылала резюме, а мне даже не отвечали. Знакомых не было, сидеть дома становилось тоскливо. Наконец мне «посчастливилось», и я получила место промоутера парфюмов и косметики в торговом центре. Хоть что-то.  

Потом был обувной магазин, где я работала продавщицей. Магазин был в центре города, торговал дорогой эксклюзивной обувью. Муж и его семья совершенно не понимали, чем я недовольна. А я, видя отсутствие возможности достойно реализовать себя как личность и как специалист, видя весь этот медвежий угол, в который попала, стала ощущать себя никчемной. Меня не покидала навязчивая мысль: «Это ж надо было закончить университет с красным дипломом, чтобы продавать башмаки в Сиднее!» 

Через три года мне выдали так называемую резидентскую визу – документ, определивший мой статус как постоянного жителя Австралии, попросту говоря, ПМЖ. Можно было подаваться на более серьезную работу. Я решила обратиться в туристические агентства. В одном из них прошла три собеседования. И мне отказали. Я думала, что жизнь моя закончена.  

Стало раздражать все: страна, индусы, азиаты и даже поезда. Ну как может поезд, который ходит раз в полчаса, называться «метро»?! Единственной радостью в моей жизни тогда стало манго. Я настолько его полюбила, что считала манго главной достопримечательностью Австралии. 

Но и это я пережила. Однажды решила, что хандрить хватит – надо что-то решительно менять. Стала подумывать о том, чтобы уехать. Жить на Украине не хотелось. Российские фирмы с украинским паспортом на работу не брали. Именно в тот непростой  период  я познакомилась с русской девушкой из Латвии. Она стала мне другом и помогла устроиться на работу на нефтеперерабатывающий завод «Caltex».    

Я не была специалистом в области. Но знание языка и именно технического английского позволяли профессионально заниматься административными делами, связанными с технической документацией.

Жизнь моя повернулась кардинально. Зарплата повысилась в два раза. Новая работа находилась недалеко – на машине дорога занимала 10 минут. Начинался рабочий день рано, но зато уже в 16.00 я была дома. В этом прекрасном месте проработала 4 года. А потом завод закрыли: нефтепереработка в Австралии стала абсолютно не прибыльна.  

С мужем к тому времени мы разошлись, тогда как новые подруги и друзья обзавелись семьями. Здесь меня больше ничего особенно не держало. После недолгих раздумий решила переехать жить на западный берег континента, в город Перт – там была работа. Это красивое место с точки зрения ландшафта, на берегу Индийского океана, голубого и чудесного.

Здесь шикарнейшие восходы и закаты, которые напоминают мне о доме. А еще роскошные розы.

Побережье Индийского океана. г. Перт

Но дело ведь не только в красотах. Дело же и в людях. Скоро я поняла, что для меня началось новое испытание. Интеллигенции здесь не оказалось вообще, и этот факт очень бросался в глаза. 10% «культурной прослойки населения» общаются здесь своим узким закрытым кругом и никого туда не пускают. А оставшиеся 90% …  

Есть в сленговом австралийском английском языке такое понятие как «bogan». Это значит человек, мало заботящийся о своем внешнем виде, без каких-либо интересов, и постоянно пьющий пиво. Молодые люди выглядят так, будто только что вышли из тюрьмы: татуированные, часто без зубов, они не имеют никакого понятия о культуре.  

Как-то мы с подругой решили сходить на балет «Спящая красавица» в постановке австралийской труппы. Все три часа зрители в зале ели чипсы и попкорн, запивая кока-колой или пивом. Семья австралийцев, сидевшая рядом с нами, даже не потрудилась забрать с кресел оставшийся мусор. Если бы я не заплатила 140 долларов за билет, я бы ушла, не досидев и до середины первого действия. 

Побывав в России перед Новым годом и вернувшись в Австралию, я остро ощутила, что готова взять билет и вернуться обратно, настолько ошеломляющей мне показалась разница между Питером, Москвой и Пертом.

На новый год в Перте "мертвый сезон" – все уезжают за город или за границу. Особенно на Бали, где дешевое пиво (смеется). Да. В Австралии культ пляжа, серфинга, еды и питья. Примитивно, конечно, но вот так. А за культурой в Европу ездить нужно. Или назад, в Россию. 

Но пока так. Я привыкла. Знаю, чего ждать. Работаю в нефтегазовой компании, которая занимается добычей нефти и газа преимущественно здесь, в Австралии. Мое место в офисе, в административном здании завода. Живу в доме, снимаю этаж. Хозяйка – женщина из Львова. Отношения у нас в целом хорошие, но только если не говорить об Украине и русском Крыме. В этих вопросах никак не сойтись во мнении, поэтому договорились их не обсуждать. Так и живем.  

Когда только приехала в Австралию, решила сразу «ассимилироваться» с австралийским обществом и старалась общаться в основном с местными жителями. Те русские, с кем я познакомилась в первое время, еще когда работала в магазине, были покупателями, и наше общение сводилось к обсуждению товара, после чего они старались выпросить скидку. В общем, тот опыт был негативный. Сейчас все по-другому. 

У меня есть замечательные русские друзья и в Сиднее, и в Перте. Здесь вообще много русских. Мне очень льстит, что они меня искренне любят и уважают, как и я их. Сиднейцы ждут моего возвращения, а пертовчане не хотят отпускать. Мне очень повезло с друзьями. Есть среди них и австралы. Как, например, моя подруга австралийская гречанка, которая с удовольствием сейчас учит русский. Среди австралов очень много хороших интересных людей, да и по характеру мы с ними чем-то похожи: легкие на подъем, открытые, добродушные, готовые помочь, любящие вкусно поесть и хорошо погулять (смеется). Конечно, не все. Как и русские не все такие. Но преимущественно так.

В кругу моих австралийских друзей, где кроме русских много австралов и новозеландцев – очень уважают российского президента. Я в шутку называю нашу компанию «Клуб любителей ВВП» (смеется). Вместе мы часто собираемся за общим столом, отмечаем праздники, дни рождения. Почетным гостем на таких мероприятиях может стать и сам Владимир Владимирович.

Клуб любителей ВВП. Австралия. г. Перт

Сейчас я уже чувствую себя уверенно и комфортно. Всего, что у меня есть, удалось достичь самой, и я очень рада этому опыту и благодарна судьбе за такой поворот событий. Я искренне считаю, что мне очень повезло попасть сюда и прожить здесь столько лет. Тут я стала самостоятельной, сильной, самой собой. Девушка из Севастополя покорила «Зеленый континент» (смеется). 

Последнее время, правда, некоторые внедряемые вещи – так называемая толерантность и американский либерализм откровенно начинают напрягать. Все эти псевдоценности и навязывание того, что удобно правительству, всерьез заставляют задуматься о возвращении домой. 

Несмотря на то, что я привыкла к Австралии и полюбила эту страну, домом для меня всегда останется Россия. И, если придется выбирать, я без сомнений выберу российский паспорт и Россию. Когда у меня спрашивают знакомые, почему так, я обычно отвечаю: потому, что австралийский паспорт я ждала 5 лет, а российский 23 года. Некоторые земляки, приехавшие сюда, посмеиваются над моими патриотическими чувствами. Но для меня это важно. 

В Севастополь я приезжаю каждый год – дом есть дом. Лечу через Москву. Последний раз была незадолго до Нового года, как раз света в городе не было совсем. Зато были народные гуляния в центре на зло врагам. И мы каждый вечер с друзьями тоже ходили на Приморский бульвар.

Но и сюда меня тоже тянет. Австралия – уникальная земля. Она удивительная, красивая и такая разная. Даже приняв решение уехать, я всегда буду желать ей и ее жителям только процветания, а всем желающим попасть сюда, непременно осуществить мечту. Она того стоит!

 

*В статье использованы фотографии из личного архива Н. Полищук

Понравилось? (3)

Комментарии: